Купить билет
06.04.2020 Блог

Как в Казани боролись с эпидемиями в ХVII веке

3 апреля 2020 года митрополит Казанский и Татарстанский Феофан совершил крестный ход вокруг города Казани с двумя иконами Богородицы: Казанской и Седмиезерной.

Любому жителю Казани, знакомому с её историей, такой выбор икон не кажется случайным. Традиция принесения в Казань крестным ходом Седмиезерной иконы Богородицы зародилась в ХVII веке при весьма схожих обстоятельствах, которые в настоящий момент переживает наш город и вся страна.

Седмиезерная икона Богородицы работы иконописной мастерской Казанского Богородицкого монастыря.
Из коллекции Музея Казанской Иконы.

Предание приписывает заступничество Богородицы за казанцев по молитвам перед Седмиезерным образом во время великой напасти – «морового поветрия» или чумы. Чудесным образом было предсказано, что по молитвам перед иконой из Седмиезерной пустыни Казань будет спасена. Казанцы вышли из города, который весь тогда располагался вокруг Кремля на левом берегу Казанки, встречать икону из Седмиезерной пустыни, держа в руках свою покровительницу — явленную Казанскую икону. На месте встречи двух икон позже возник Кизический монастырь и одноименная Кизическая слобода. Традиция крестного хода с Седмиезерной иконой и обнесения ею домов казанских жителей просуществовала более 250 лет, а почитание образа широко распространилось в Поволжье и Прикамье, дойдя и до столицы. Часто причиной появления Седмиезерной иконы в том или ином крае было желание жителей прибегнуть к её заступничеству во времена случавшихся эпидемий.

Для рассказа о казанских событиях во время «морового поветрия» мы воспользовались отрывком из книги Е. В. Липакова «Архипастыри казанские. 1555–2007». Иллюстрации предоставлены Музеем Казанской Иконы.

Седмиезерная икона Богородицы в шитой ризе и серебряном окладе 1868 года работы казанского мастера.

Лето 1656 года принесло Казани и её окрестностям страшное бедствие — эпидемию бубонной чумы… Эпидемия 1656 года была локальной, она охватила только Казань и её ближайшие окрестности.

Совершенно очевидно, что источником чумы стали торговые связи Казани с Персией и Средней Азией и чуму завезли в город персидские и таджикские купцы, «тезики», как их называли в русских документах. В этих странах эпидемии чумы происходили тогда очень часто. Существуют там и природные очаги бактерий чумы, переносимые грызунами. И сейчас в государствах Средней Азии изредка случаются заболевания чумой. Чумные бактерии плохо переносят холод, поэтому в северных странах эпидемии обычно случались летом и к зиме прекращались. На факт завоза чумы из Средней Азии указывает и то, что эпидемия началась в Казани, а в немногие пораженные села и деревни попала явно из города…

В летописях и других официальных документах о чуме в Казани сообщается кратко. Но в конце XIX века профессор Казанской духовной академии протоиерей Евфимий Александрович Малов в архиве уездного суда небольшого уездного города Курмыша Симбирской губернии обнаружил неизвестно как попавшие туда отписки (доклады) казанских воевод в Москву. В 1902 году Е. А. Малов опубликовал тексты отписок в «Известиях Общества археологии, истории и этнографии при Казанском университете». В них ярко представлена картина странного бедствия. Приведем эти тексты с небольшими сокращениями.

Седмиезерная икона Богородицы, «истинное изображение» иконы, находящейся в Успенской церкви, в Москве, в Казачьей слободе в серебряном окладе работы московского мастера.

В «отписке» от 31 июля казанские руководители пишут:

Государю царевичу и великому князю Алексею Алексеевичу Всея Великие и Малые и Белые России холопи Ваши Ивашко Хованский, Ивашко Колтовский, Васька Ушаков, Пятунька Спиридонов челом бьют.

В нынешнем государь, в 7164(1656) году июля в 11 день писали мы, холопи ваши к тебе… с казанцем с Сувором Мещериновым , что в нынешнем, государь, в 1656 году июня с 25 числа в Казани изволением Божиим учали помирать люди скорой смертью. А умерло в Казани в каменном и деревянном городе, в посаде и в монастыре Пречистые Богородицы Казанские и за городом в слободах стариц и всяких чинов людей мужеского и женского полу и младенцев июня с 25 числа и июля по 10 число 59 человек, в том числе умерли 4 человека язвенной болезнью. Да в Казанском уезде в монастыре в Семиозерской пустыни умерло язвенной болезнью 5 человек старцев, да 6 человек без язв.

И Божией милостью в Казани учало быть льготнее июля с третьего числа ж по 11 число в Казани умер язвенно 1 человек, да 32 человека без язв…

…(После 11 июля) грех ради наших учало моровое поветрие множиться. А померло с 11 числа по июля ж 31 число по спискам объездных голов казанцев дворян и детей боярских и попов в каменном и деревянном городе и в загородных слободах всяких чинов людей мужского и женского полу и младенцев 595 человек. А лежали по полугоду 5 человек, да по 20 недель 3 человека, 10 недель 1 человек, семь недель 8 человек, по 2 недели 26 человек, 20 человек по 10 ден, по 9 ден 5 человек, по осьми ден 6 человек, а 528 человек лежали по дни, по два… и по неделе. И в том числе 46 человек умерли с язвами. А в Казанском, государь, уезде в монастыре в Седмиозерной пустыни по отпискам заставных голов померло старцев 27 человек… да в Казанском же уезде по отпискам приказных людей объявилось морвое поветрие вновь в казанском пригороде в Арском , в ясачном селе Чурилине , да в пометных деревнях казанцев детей боярских Осипа Красенского да Ефима Нудомова. И в Арском, государь, городе умерли посадского человека жена да 4 дочери девки язвенной болезнью, а в ясачном селе Чурилине померло ваших государевых ясачных крестьян 30 человек да жен и детей их 21 человек, без язв…

И ныне, государь, в Казани Божиим посещением грех ради наших моровое поветрие и на люди упадку множится, помирают люди скорой смертью и язвенной болезнью человек по десяти и по двадцати… и по пятидесяти на день и больше в разных дворах.

Роспись, сколько каких чинов в Казани и в Казанском уезде померло в нынешнем году с июля с 11 числа июля ж по 31 число:

Детей боярских 2 человека, людей их 4 человека
Подьячих и их жен и детей 7 человек
Конных стрельцов и их жен и детей 8 человек
Пеших стрельцов и их жен и детей 156 человек
Ямских охотников 11 человек
Иноземцев 11 человек, толмач 1 человек
Преображенского монастыря слобожан 109 человек
Митрополичьих детей боярских и всяких дворовых людей 48 человек
Казанцев посадских людей 153 человека
Гулящих людей 22 человека
Кузнецов 2 человека
Девичьих монастырей Пречистыя Богородицы явления Чудотворные иконы Казанские да Успения Пречистые Богородицы деловных стариц 36 человек

Следующая «отписка» датирована 22 августа… сообщается о массовой гибели духовенства:

…да в соборной церкви протопоп, да ключарь, да поп, да протодьякон, да подьякон ризничий умерли от язвы… А попов, государь, в Казани у церквей Божьих нынче мало, а многие, государь, попы померли, а которые, государь остались, и те больны. А которые и здоровы, и те попы поновляют и причащают и погребать не успевают.

И ныне, государь, в Казани для вашего государева дела послать и приказывать некому: которые дворяне и дети боярские в Казани были… да и то померли, а иные разбежались за заставы и в деревнях иные померли ж. А подьячие, государь, Приказной палаты померли ж, а иные лежат больны. Да и митрополичьи, государь, дворы и дворовых его людей в каменном городе пусты, только, государь, в каменном городе Преображенский монастырь, и в том монастыре старцы мрут.

Не токмо что, государь в городе ночью, но и в день пусто. Только, государь, бывают на карауле стрельцы, да и то понемногу, оттого что вымерли. А в тюрьмах, государь, в каменном городе в трех местах с четыреста человек, а для береженья, государь, в прибавку в каменном городе людей взять негде. Не токмо что, государь, от морового поветрия и от духу в городе мне, холопу вашему Ивашке Хованскому и которые остались малые люди со мной, жить нельзя… За город выехать без вашего государева указу не смею ж. От мору и пустоты жить нельзя. Вели, государь, нам, холопам твоим, государев указ учинить.

Следующую «отписку» составлял уже второй воевода Иван Колтовский без первого воеводы.

Государю царевичу и великому князю Алексею Алексеевичу… холопы ваши, Ивашко Колтовский, Васька Ушаков, Пятунька Спиридонов челом бьют. В нынешнем в 1656 году августа в 26 день в восьмом часу дни волею Божией боярина и воеводы князя Ивана Никитича Хованского не стало, а лежал язвами 3 дня.

А льготы, государь, от морового поветрия нимало нет. А умирают люди скорой смертью и язвами беспрестанно, становится в Казани малолюдно. И мы, холопы ваши, ожидаем того ж. А я, холоп ваш Пятунька лежу болен язвой. А померло, государь, в Казани августа с 22 числа августа ж по 27 число пять дней, всяких чинов людей с язвами и без язв 925 человек.

Седмиезерная икона Богородицы с печатью «Саратовско-Царицынской епископии» на обороте.

Другие доклады в Москву не сохранились, и о дальнейшем ходе событий известно из других документов и летописей. Эпидемия прекратилась в конце осени, как это обычно и было в северных районах. Общее количество жертв превысило 11 тысяч человек. Второй воевода Иван Яковлевич Колтовский выжил.

Эти документы заставляют иначе взглянуть на историю прославления Седмиезерной Смоленской иконы Божьей Матери. В Сказании о её прославлении называется 1654 год, а крестный ход с иконой, который избавил город от чумы, датируется 26 июня. В Сказании поминается дьяк Михаил Патрикеев. Такого дьяка в Казани не было, а Иван Патрикеев служил в Казани с 1650/51 по сентябрь 1653 года, во всяком случае, в январе 1654 года он же был дьяком Посольского приказа в Москве . Кроме того, сообщатся, что митрополит Корнилий отсутствовал в Казани во время этой эпидемии, так как находился «с царем Алексеем Михайловичем в походе на поляков», хотя в 1654 году имя владыки Корнилия в придворных списках не значится.

С другой стороны, в летописях и других документах нет сведений об эпидемии чумы в Казани до 1656 года. Но просто механически перенести дату прославления иконы на два года нельзя. Отписки казанских воевод показывают, что в 1656 году эпидемия только началась 25 июня. Крестного хода в этом году не было – о таких событиях в Москву обязательно сообщали. Наконец, в 1656 году Казань вовсе не была «избавлена», а наоборот, очень сильно пострадала от чумы.

Седмиезерная икона Богородицы работы мастерских мастеров.

Исходя из очевидных фактов, можно предположить следующее. Первый крестный ход с Седмиезерной иконой был не в 1654, а в 1653 году, когда митрополит Корнилий действительно отсутствовал в Казани: он был на знаменитом Земском соборе, одобрившем присоединение украинского казачества к России. Зато в Казани находился упоминаемый в Сказании дьяк Патрикеев, правда не Михаил, а Иван. Эпидемия, вероятно, была небольшой и действительно прекратилась после крестного хода, поэтому и не попала в летописи.

Вероятно, первый крестный ход был не 26 июня, а в какой-то другой день. В следующие годы эпидемий не было, и Седмиезерная икона оставалась в монастыре. Но страшная эпидемия 1656 года заставила вновь вспомнить о чудотворной иконе. Крестные ходы возобновились не ранее 1658 года: до января 1658 года в Казани не было митрополита. Дата 26 июня, скорее всего, была установлена не по первому крестному ходу, а как память начала эпидемии 1656 года — казанские воеводы писали царю, что эпидемия началась 25 июня. Таким образом, ежегодный крестный ход с чудотворной иконой должен был предотвратить возможную эпидемию: как уже говорили выше, страшные заразные болезни в Казань заносили среднеазиатские купцы или их товары, и эпидемии всегда начинались в начале лета.